СПРАВКА о результатах изучения практики рассмотрения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных статьями 125, 166, 264, 264.1 УК РФ, рассмотренными судами Астраханской области в 2015 г.

СПРАВКА
о результатах изучения практики рассмотрения уголовных дел о
преступлениях, предусмотренных статьями 125, 166, 264, 264.1 УК РФ,
рассмотренными судами Астраханской области в 2015 г.

В соответствии с планом работы Астраханского областного суда на первое полугодие 2016 г. проведено обобщение судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 125, 166, 264, 264.1 УК РФ, рассмотренным судами области в 2015 г.

Согласно статистическим данным, в 2015 г. судами области было окончено производством 98 дел о преступлениях, предусмотренных ст. 166 УК РФ, в отношении 116 лиц, в том числе 4 уголовных дела в отношении 4-х лиц за покушение на это преступление.

Среди привлеченных к уголовной ответственности по преступлениям
указанной категории было осуждено 93 лица, в отношении 21 лица уголовные дела прекращены по основаниям ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ за примирением с потерпевшим, в отношении 1 лица уголовное дело прекращено в связи с применением акта об амнистии, 1 уголовное дело в
отношении 1 лица возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.
Из числа выше указанных уголовных дел в особом порядке, по нормам главы 40 УПК РФ, рассмотрено 80 или 81,6% дел. По нормам главы 40.1 УПК РФ рассмотрено 3 уголовных дела, что составило 3,4%.

Изучение уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 166 УК РФ, показало, что преступления анализируемой категории совершались лицами в возрасте от 14 лет до 51 года.
Преступления, предусмотренные ч.1 ст. 166 УК РФ, совершили в возрасте:
от 18 до 24 лет — 39 лиц,
от 25 до 29 лет – 19 лиц,
от 30 до 49 лет – 24 лица,
от 50 лет и старше- 2 лица;
преступления, предусмотренные ч.2 ст. 166 УК РФ совершили в возрасте:
от 18 до 24 лет — 4 лица,
от 25 до 29 лет – 1 лицо,
от 30 до 49 лет – 1 лицо,
преступления, предусмотренные ч.4 ст. 166 УК РФ совершили в возрасте:
от 25 до 29 лет – 1 лицо,
от 30 до 49 лет – 1 лицо.
Таким образом, неправомерное завладение автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения чаще всего совершались лицами в возрасте от 18 до 24 лет.
В несовершеннолетнем возрасте совершили преступления 19 лиц, из них преступления, предусмотренные ч.1 ст. 166 УК РФ – 2 лица, ч.2 ст. 166 УК РФ — 17 лиц
Из общего числа лиц (111), виновных в совершении преступлений анализируемой категории, 107 лиц или 96,3 % мужского пола, 4 лица – женского пола (2,7%).
Преступления совершались трудоспособными лицами, из которых 35 лиц или 31,5% имели занятость, 76 лиц или 68,5 % не работали.
Из приведенных данных следует, что в преобладающем количестве случаев к уголовной ответственности по анализируемой категории уголовных дел привлекались трудоспособные, но не работающие лица.

Имели неснятые и непогашенные судимости 37 лиц или 33,3 %, в том числе, за совершение преступлений, предусмотренных ст. 166 УК РФ, 13 лиц или 11,7 % от общего числа привлеченных к уголовной ответственности по этой категории дел.
Совершили преступления в состоянии опьянения 24 лица, что составило 21,6%.

Дорожно-транспортное происшествие при угоне транспортного средства совершили 25 лиц, при этом в одном случае угнанное транспортное средство в результате ДТП получило технические повреждения, исключающие возможность его восстановления и дальнейшей эксплуатации.

Из представленных на изучение уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 166 УК РФ, следует, что все угнанные транспортные средства были обнаружены и возвращены владельцам.

В 2015 г. судами Астраханской области рассмотрено 95 уголовных дела о преступлениях, предусмотренных ст. 264 УК РФ, в отношении 95 лиц, из которых по ч. 1 ст. 264 УК РФ осуждено 29 лиц, прекращены за примирением с потерпевшим уголовные дела в отношении 15 лиц, в связи с актом об амнистии — в отношении 10 лиц;
по ч. 2 ст. 264 УК РФ осуждено 6 лиц, прекращены в связи с актом об
амнистии уголовные дела в отношении 4 лиц;
по ч. 3 ст. 264 УК РФ осуждено 15 лиц, прекращено за примирением с
потерпевшим уголовное дело отношении 1 лица, прекращены в связи с актом
об амнистии — в отношении 3 лиц;
по ч. 4 ст. 264 УК РФ осуждено 5 лиц,
по ч. 5 ст. 264 УК РФ осуждено 3 лица,
по ч. 6 ст. 264 УК РФ осуждено 3 лица.

В порядке особого производства, по нормам главы 40 УПК РФ,
рассмотрено 81 уголовное дело, что составило 85% от общего числа
уголовных дел по ст. 264 УК РФ.
В 2015 г. по ст. 264.1 УК РФ рассмотрено 118 уголовных дел в
отношении 118 лиц, по которым постановлены обвинительные приговоры.
109 или 92,3% указанных уголовных дел рассмотрены по нормам главы 40 УПК РФ.

По делам о преступлениях, предусмотренных ст. 264 УК РФ, преступления в основном совершались жителями г. Астрахани и Астраханской области, одно лицо являлось иногородним, второй — жителем Чеченской Республики и 2 лица гражданами Республик Азербайджан и Узбекистан.
Совершили преступления:
— в возрасте от 18 до 30 лет 42 лица;
— от 30 до 40 лет — 25 лиц;
— от 40 до 50 лет — 16 лиц;
— от 50 до 74 лет — 12 лиц.

Как показывает анализ этих дел, к уголовной ответственности за преступления, предусмотренные ст. 264 УК РФ, в основном привлечены лица в возрасте от 18 до 30 лет, официально не трудоустроенные, имеющее среднее образование, ранее не судимые. Ранее имели судимость лишь 5 лиц, привлеченных к уголовной ответственности за указанные преступления, четверо из этих лиц являлись ранее судимыми за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, 1 лицо – за кражу чужого имущества. За совершение указанных преступлений привлечены к уголовной ответственности 3 лица женского пола.

Лицам, признанным виновными в совершении преступлений по ч. 1 ст. 264 УК РФ, назначалось наказание в виде ограничения свободы.
За совершение преступлений, предусмотренных частями 2, 3, 4, 5 и 6 статьи 264 УК РФ, 32 лицам назначено наказание в виде лишения свободы и 3 лицам назначено наказание в виде лишения свободы условно, в применением ст. 73 УК РФ.

За анализируемый период времени преступления, предусмотренные ст. 264.1 УК РФ, были совершены жителями г. Астрахани и Астраханской области, из которых 40 лиц совершили указанные преступления в возрасте от 21 до 30 лет, 39 лиц совершили преступления в возрасте от 31 до 40 лет, и 39 лиц – в возврате от 41 до 55 лет.
Из приведенных данных следует, что преступления данной категории совершаются лицами всех возрастов, в основном не работающими, имеющими среднее образования, ранее не судимыми.
Из числа осужденных имели судимость 3 лица, в их числе одно лицо – за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.
За совершение указанных преступлений привлечены к уголовной ответственности и 2 лица женского пола.

За совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ 116-ти осужденным назначалось наказание в виде обязательных работ, 1 лицу назначено наказание в виде штрафа и 1 лицу в виде лишения свободы.

Как показал анализ судебной практики, по уголовным делам о
преступлениях, предусмотренных ст. 264 УК РФ, у судов в основном не
возникало сложностей с определением причинно-следственной связи между
деянием и наступившими последствиями, в том числе и в случаях, когда в
дорожно-транспортном происшествии участвовали два и более лиц,
управляющих транспортными средствами, либо при вменении лицу
нарушения нескольких пунктов Правил дорожного движения.
Суды при рассмотрении уголовных дел данной категории исходили из того что ответственность лица, нарушившего правила вождения или
эксплуатации транспортного средства, за наступившие вредные последствия
наступает только при условии, если между нарушением и последствиями
имеется причинная связь. При этом суды устанавливают, какие пункты
правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств
нарушены и какие нарушения находятся в причинной связи с наступившими
последствиями, предусмотренными статьей 264 УК РФ.
В том случае, если в результате нарушения им правил дорожного
движения созданы помехи движению, в результате чего другие участники
движения вынужденно причинили вред третьим лицам, но при этом их
действия не являлись причиной наступивших последствий, в совершении
преступления признавалось только лицо, управляющее транспортным
средством, нарушившее правила дорожного движения, действия которого
состояли в прямой причинной связи с наступившими последствиями.
Например, по приговору Приволжского районного суда Астраханской
области от 14 января 2015 г. Н. осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ за
нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения,
повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью
человека.
Согласно приговору, он признан виновным в том, что управляя
технически исправным автомобилем «ГАЗ-3307», в нарушение требований п.
п. 8.1, 8.5 и 8.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, перед разворотом налево заблаговременно не занял соответствующее крайнее левое положение на проезжей части, не убедился в отсутствии опасности и каких-либо помех к движению, при осуществлении маневра разворота с крайней правой полосы движения, выехал на крайнюю левую полосу, не уступил дорогу автомобилю под управлением водителя З., следовавшего по крайней левой полосе в попутном направлении без изменения направления движения, допустил столкновение с указанным автомобилем, вследствие чего пассажиру, находившемуся в салоне автомашины под управлением З., был причинен тяжкий вред здоровью.
Суд пришел к обоснованному выводу о том, что нарушение требований п. п. 8.1, 8.5, 8.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые привели к столкновению автомобилей было допущено Н., и именно эти его действия состоят в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями — причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего Ж.
При этом, суд правильно отверг утверждения Н. о том, что к наступившим последствием привело нарушение Правил дорожного
движения со стороны водителя З., который, по его мнению,
нарушил скоростной режим.

В качестве примера можно привести и уголовное дело в отношении
Т., по которому суд установил причинно-следственную связь
между нарушением им правил эксплуатации транспортных средств и
наступившими последствиями в виде смерти человека — пассажира
автомобиля.
По приговору Володарского районного суда Астраханской области от
17 апреля 2015 г. Т. осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ за
нарушение лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения,
повлекшее по неосторожности смерть человека.
Он признан виновным в том, что 15 декабря 2014 г. на берегу реки
Б., в Володарском районе Астраханской области, в
нарушение положений п. п. 1.1, 1.2, 1.5 «Перечня неисправностей и условий,
управляя технически неисправным автогрейдером, зная, что тормозная система автогрейдера находится в неисправном состоянии, стал заезжать по крутому спуску автодороги на несамоходный паром, предназначенный для перевозки транспортных средств и пассажиров. При движении, вследствие неисправности тормозной системы, не справился с управлением автогрейдером и совершил столкновение с расположенным на пароме в статичном положении автомобилем «FA3 3302». Последний по инерции, в результате цепной реакции, совершил столкновение с находящимся впереди него на пароме автомобилем «ВАЗ 21045», который, в свою очередь, столкнулся с автомобилем «Форд Фокус», а тот, в свою очередь, совершил столкновение с автомобилем «ВАЗ 210930». Вследствие этого, автомобиль «ВАЗ 210930» упал с парома в реку и ушел под воду вместе с находившейся в салоне автомобиля пассажиркой, что повлекло наступление смерти потерпевшей в результате механической асфиксии от закрытия дыхательных путей жидкостью, от утопления в воде.

Суд правильно установил, что нарушение Т. правил
эксплуатации транспортных средств состоит в прямой причинной связи с
наступлением общественно-опасных последствий — в виде причинения
смерти потерпевшей.
Данное уголовное дело рассмотрено в особом порядке судебного
разбирательства.
Как видно из материалов указанного уголовного дела, в ходе
предварительного следствия вопрос о привлечении к уголовной
ответственности водителя автомобиля ВАЗ 210930, который при въезде на
паром оставил в салоне своего автомобиля пассажира, органами следствия
не ставился.

По всем изученным уголовным делам о преступлениях
предусмотренных ст. 264 УК РФ, виновным вменялось нарушение
нескольких пунктов Правил дорожного движения.

Как усматривается из материалов указанных уголовных дел, суды в
основном проверяли наличие причинно-следственной связи между
нарушением виновным, каждого из вмененных пунктов Правил дорожного
движения и наступлением общественно-опасных последствий и в судебных
решениях указывали, нарушение каких конкретно пунктов Правил
дорожного движения повлекло наступление последствий, указанных в ст. 264
УК РФ, и в чем выразилось это нарушение.
Суды учитывали, что ст. 264 УК РФ является бланкетной и
объективная сторона этого преступления, включает в себя совокупность
таких признаков как нарушение правил безопасности движения или
эксплуатации механических транспортных средств; наступление
определенных последствий, наличие причинной связи между фактом
нарушения правил и наступившими в результате их нарушения
последствиями; устанавливали, допущено ли нарушение правил
безопасности движения, какие конкретно пункты правил безопасности
движения и эксплуатации транспорта нарушены, в чем конкретно
выражались данные нарушения, а также неосторожный характер действий
виновных лиц, когда нарушитель правил дорожного движения и
эксплуатации транспортных средств, выполняя определенные действия
(бездействие), не осознает их общественно опасный характер, не предвидит
их возможных последствий либо легкомысленно рассчитывает на предотвращение вредных последствий, но в то же время обязан осознавать и
предвидеть их.
Так, по приговору Приволжского районного суда Астраханской
области от 22 октября 2015 г. А. осужден по ч. 4 ст. 264 УК РФ к
3 годам лишения свободы в колонии-поселении с лишением права
управлять транспортным средством на 3 года.
Он признан виновным в управлении автомобилем в состоянии
опьянения, нарушении Правил дорожного движения, повлекшем по
неосторожности смерть человека.
Кроме нарушения п. 2.7 Правил дорожного движения А. вменено нарушение п. 1.5, согласно которому участники дорожного
движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности
для движения и не причинять вреда, п. 8.1, согласно которому перед началом
движения, перестроением, поворотом и остановкой водитель обязан
подавать сигналы световым указателями поворота соответствующего
направления, а также п. п. 9.1 и 10.1 Правил дорожного движения.
Нарушение указанных пунктов выразилось в том, что А., управляя автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, отвлекся,
выехал на полосу встречного движения и совершил лобовое столкновение с
автомашиной ВАЗ под управлением М., в котором
находились пассажиры О. и Д. В результате дорожно-
транспортного происшествия, пассажир Д. скончалась на месте
происшествия от полученных телесных повреждений.
Судом установлена причинно-следственная связь между нарушением
водителем А. нескольких пунктов Правил дорожного
движения и наступившими последствиями — смерти пассажира автомобиля,
вследствие столкновения автомобилей по вине А.
Вместе с тем, по отдельным уголовным делам имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, когда суды, как и органы предварительного расследования в нарушение положений ст. 73 УПК РФ не
выясняли всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по этой категории
дел, не устанавливали способ и другие обстоятельства, в чем конкретно
выражалось нарушение вмененных пунктов Правил дорожного движения
Российской Федерации и какие из них повлекли наступление последствий,
указанных в ст. 264 УК РФ.
Например, по уголовному делу в отношении Т.,
осужденного по приговору Приволжского районного суда Астраханской
области от 17 марта 2015 г. по ч. 3 ст. 264 УК РФ, за нарушение лицом,
управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее по
неосторожности смерть человека, суд признал установленным, что Т. нарушил пункты 1,9.1, 10.1 Правил дорожного движения, что привело к наступлению смерти человека.
Согласно приговору, Т. признан виновным в том, что
управляя автомобилем ВАЗ-211, следуя по автодороге по ул. Мостовой в с.Карагали Астраханской области, в нарушении требований п. п. 1,4, 9.1, 10.1
Правил дорожного движения, при установленном на дорогах правостороннем
движении транспортных средств, будучи обязанным вести транспортное
средство со скоростью, не превышающей установленного
ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и
состояние транспортного средства, обеспечивающей водителю возможность
постоянного контроля за движением транспортного средства и груза,
дорожных и метеорологических условий, в частности, видимости в
направлении движения, и при возникновении опасности принять возможные
меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, при
подъезде к продуктовому магазину, выехал на встречную полосу движения и
при возникновении опасности в виде движущегося во встречном
направление мотоцикла под управлением Ф., не принял
возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного
средства, что привело к столкновению транспортного средства под его
управлением и управлением водителя Ф., причинению
последнему тяжкого вреда здоровью и наступлению смерти потерпевшего на
месте происшествия.
Признавая Т. виновным в нарушении п. 10.1 Правил дорожного движения, суд не указал, в чем выражалось конкретно нарушение
данного пункта Правил дорожного движения с какой скоростью он следовал
на автомашине, превысил ли он скорость движения и вел ли транспортное
средство со скоростью, не обеспечивающей ему возможности постоянного
контроля за движением, либо не учел интенсивность движения и состояние
транспортного средства, либо дорожные и метеорологические условия,
состояло ли это нарушение в прямой причинной связи с наступившими
последствиями.
Органом предварительного расследования А. обвинялся в том, что 18.10.2013 примерно в 16:45, управляя технически исправным автомобилем марки «Тойота Королла», следуя по автодороге «Волгоград-Астрахань» по направлению движения в сторону г. Волгоград, со скоростью более 109 км/ч, действуя по неосторожности в форме небрежности, не предвидя наступление общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти
последствия, и, имея возможность их предотвращения при соблюдении
Правил дорожного движения РФ, на 328 км + 700 м вышеуказанной
автодороги между населёнными пунктами с. Тамбовка — с. Селитренное Харабалинского района Астраханской области, нарушил требования пп. 1.4, 1.5, 9.1 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации при управлении автомобилем, и при возникновении опасности для движения своевременно не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, не справился с управлением автомобиля, выехал на полосу для встречного движения и допустил опрокидывание указанного транспортного средства.
В результате указанного дорожно-транспортного происшествия
пассажиру автомобиля под управлением А. был причинён комплекс сочетанной тупой травмы головы, туловища и
конечностей с множественными переломами костей скелета и повреждением
внутренних органов, которые привели к смерти последнего от
травматического шока в сочетании с кровопотерей.

По приговору Харабалинского районного суда Астраханской области
от 15.01.2015 А. осужден по ч. 3 ст. 264 УК РФ за нарушение
лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее
по неосторожности смерть человека.
Апелляционным постановлением Астраханского областного суда от
02.04.2015 указанный приговор отменен с возвращением уголовного дела
прокурору Харабалинского района Астраханской области в порядке ст. 237
УПК РФ для устранения препятствий к его рассмотрению.
Принимая указанное решение, суд апелляционной инстанции указал,
что суд первой инстанции, признав предъявленное А.
обвинение доказанным, не учёл, что в нарушение положений ст. 73 УК РФ
орган предварительного расследования не принял мер к доказыванию
обстоятельств совершения преступления, виновности лица в совершении
преступления. В нарушение требований ст. 171 и 220 УПК РФ указал лишь на нарушение пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, но не конкретизировал предъявленное обвинение; не установил, в чем
заключалось нарушение А. Правил дорожного движения
при управлении транспортным средством, допустимую скорость движения на указанном участке автодороги, в чём заключалась возникшая для водителя
опасность в данной дорожной ситуации, какие конкретно действия были
предприняты им после обнаружения опасности для движения,
соответствовали ли они Правилам дорожного движения.
Суд этих обстоятельств также не установил, не дал им правильной
оценки, тогда как они могли иметь значение для правильного разрешения
дела и повлиять на выводы суда о виновности либо невиновности его в
совершении преступления.
Как видно из материалов уголовного дела, в том числе из показаний
А., он двигался по автодороге «Волгоград-Астрахань» по
направлению движения в сторону г. Волгоград и на повороте, на котором как видно из протокола осмотра места происшествия установлен знак «Опасный
поворот», увидел выехавшую на его сторону движения легковую
автомашину. На повороте, пытаясь избежать столкновения, он выехал на
обочину, где автомобиль под его управлением наехал на препятствие, а он,
потеряв управление автомобилем, допустил его опрокидывание.
Пункт 10.1 Правил дорожного движения обязывает водителя вести
транспортное средство со скоростью в зависимости от погодных условий,
состояния транспортного средства, имеющихся ограничений, а также
предписывает водителю в случае возникновения опасности движения,
которое он в состоянии обнаружить, принять меры к снижению скорости
транспортного средства вплоть до его полной остановки. Из чего следует, что
обвинение должно быть детализировано, указано, в чем конкретно состояли
нарушения, в какой его части обвиняется водитель, содержать ссылку на то,
имел ли он при надлежащем соблюдении правил техническую возможность
предотвратить дорожно — транспортное происшествие, имеется ли прямая
причинно-следственная связь между нарушением им конкретных пунктов
Правил дорожного движения и наступившими последствиями.
Представляется, что суд апелляционной инстанции принял правильное решение, поскольку органам расследования и судом не были раскрыты конкретные обстоятельства инкриминируемого А. деяния, что исключало возможность постановления приговора или иного судебного решения на основании указанного обвинительного заключения.

Изучение уголовных дел показало, что в основном трудностей,
связанных с установлением фактов употребления лицом, управляющим
транспортным средством, веществ, вызывающих опьянение, у судов области
не возникает.
При установлении фактов, связанных с употреблением веществ,
вызывающих опьянение, суды области руководствуются п. 2 примечаний к
статье 264 УК РФ, согласно которому лицом, находящимся в состоянии
опьянения, признается лицо, управляющее транспортным средством, в
случае установления факта употребления этим лицом вызывающих
алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием
абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную
суммарную погрешность измерений, установленную законодательством
Российской Федерации об административных правонарушениях, или в
случае наличия в организме этого лица наркотических средств или
психотропных веществ, а также лицо, управляющее транспортным
средством не выполнившее законного требования уполномоченного
должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на
состояние опьянения в порядке и на основаниях, предусмотренных
законодательством Российской Федерации.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суды учитывали, что в силу Примечания к ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об
административных правонарушениях, Правил освидетельствования лица,
которое управляет транспортным средством; на состояние алкогольного
опьянения оформления его результатов, направления указанного лица на
медицинское освидетельствование при установлении факта употребления
вызывающих алкогольное опьянение веществ, должно быть установлено
соответствующим актом освидетельствования на состояние алкогольного
опьянения, а также то, что факт употребления вызывающих алкогольное
опьянение -веществ должен определяться наличием абсолютного этилового
спирта в концентрации, превышающей возможную суммарную погрешность
измерений, а именно 0,16 миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха,
или в случае наличия наркотических средств или психотропных веществ в
организме человека.
Так, например, по приговору Приволжского районного суда
Астраханской области от 22 октября 2015г. Ш. признан
виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 УК РФ,
в нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного
движения, совершенным лицом, находящимся в состоянии опьянения,
повлекшем по неосторожности смерть человека.
Согласно приговору Ш. при управлении автомобилем в
состоянии алкогольного опьянения нарушил Правила дорожного движения,
выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение с
автомашиной ВАЗ 21130 под управлением М., в котором
находились пассажиры О. и Д. В результате дорожно-
транспортного происшествия, пассажир Д. скончалась на месте
происшествия от полученных телесных повреждений.
При проведении химико- токсикологических установлено наличие в крови Ш. концентрации 1,683 г/л. исследований был этилового спирта.
Отказ от прохождения медицинского освидетельствования
расценивался согласно п. 2 Примечания к статье 264 УК РФ, как нахождение
в состоянии опьянения.
По всем уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 264.1 УК РФ, в случаях отказа водителя транспортного средства выполнять
законное требование о прохождении медицинского освидетельствования,
суды признавали его лицом, находящимся в состоянии опьянения.
При этом, как видно из анализа материалов указанных уголовных дел
водители не отрицали факта употребления алкогольных напитков перед
началом управления транспортным средством.

Приговором суда в составе мирового судьи судебного участка № 3
Камызякского района Астраханской области от 19 октября 2015 г.
Б. осужден по ст. 264.1 УК РФ к 220 часам обязательных работ
с лишением права управления транспортным средством сроком на 2 года.
Б., ранее подвергнутый административному наказанию
за управление транспортным средством в состоянии опьянения, признан
виновным в управлении автомобилем в состоянии опьянения.
Как видно из материалов дела, Б. отказался
прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.
Однако, из его показаний следует, что он не отрицал употребление перед
поездкой на автомобиле алкогольного напитка — водки в количестве 100 г.,
признал себя виновным, ранее был лишен права на управление
транспортным средством за аналогичные действия.
Дело рассмотрено по ходатайству Б. в особом порядке и приговор по делу постановлен без проведения судебного разбирательства.

В отдельных случаях подсудимые указывали на употребление
алкогольных напитков после дорожно-транспортного происшествия.
П. осужден приговором Ахтубинского районного суда
Астраханской области от 18 сентября 2015 г. по ч. 4 ст. 264 УК РФ, за
нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения,
в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть человека.
По приговору П. признан виновным в нарушении Правил
дорожного движения при управление автомобилем в состоянии алкогольного
опьянения, повлекшего по неосторожности смерть человека при следующее
обстоятельствах.
9 декабря 2014 г., двигаясь по грунтовой дороге в районе ерика М. в Ахтубинском районе Астраханской области, П.,
управляя автомобилем марки «ВАЗ-21074» в состоянии алкогольного
опьянения с находящимися в автомобиле пассажирами Ф. и
Г., действуя по неосторожности в форме небрежности, в
нарушение требований п. п. 1.5, 2.7, 10.1 Правил дорожного движения РФ,
утратил контроль траектории движения автомобиля, не справился с
управлением, допустил занос автомобиля, вследствие чего автомобиль-
опрокинулся и пассажиру Ф. были причинены телесные
повреждения, от которых наступила его смерть на месте происшествия.
П. виновным себя признал частично, отрицал нахождение во время управления автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, и
утверждая, что после происшествия из-за шокового состояния выпил четыре
глотка виски.
Эти доводы П. проверены судом путем сопоставления с
другими доказательствами, имеющимися в материалах уголовного дела, им
дана оценка в соответствии с правилами ст. 88 УПК РФ как недостоверным,
поскольку они противоречат исследованным доказательствам.
Аналогичные доводы были приведены осужденным и защитником в
апелляционных жалобах, в которых ставился вопрос о переквалификации его
действий с ч. 4 ст. 264 УК РФ на ч. 3 ст. 264 УК РФ.
Апелляционным постановлением Астраханского областного суда от 10 декабря 2015 г. приговор в отношении П. оставлен без изменения, а апелляционные жалобы — без удовлетворения.
Как указал суд апелляционной инстанции, доводы осужденного о том, что он при управлении транспортным средством не был в состоянии
алкогольного опьянения, проверены судом первой инстанции и
опровергнуты исследованными доказательствами по делу, в том числе,
объяснениями П. об употреблении им алкоголя до дорожно-
транспортного происшествия, показаниями сотрудников полиции о том, что
водитель автомобиля по внешним признакам находился в состоянии
опьянения, и пояснял, что употреблял спиртное со знакомыми до того, как
совершил дорожно-транспортное происшествие; данными, содержащимися в
протоколе осмотра места происшествия, в ходе которого не были
обнаружены бутылки с жидкостью или пустые бутылки, актом медицинского
освидетельствования, согласно которому у П. установлено
состояние опьянения и абсолютная концентрация этилового спирта, —
превышала возможную суммарную погрешность измерений, а именно 0,16
миллиграмма на один литр выдыхаемого воздуха.

При установлении наличия в действиях лица признаков состава
преступления, предусмотренного статьей 264.1 УК-РФ, суды при решении
вопроса о том, является ли указанное лицо, подвергнутым
административному наказанию за управление транспортным средством в
состоянии опьянения или за невыполнение законного требования
уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского
освидетельствования на состояние опьянения, учитывают положения статьи
4.6 КоАП РФ.
Согласно ст. 4.6 КоАП РФ лицо, которому назначено
административное наказание за совершение административного
правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня
вступления в законную силу постановления о назначении административного
наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного
постановления.

Таким образом, квалификации по ст. 264.1 УК РФ подлежат действия
как лица, лишенного на момент управления транспортным средством в
состоянии опьянения права управления транспортными средствами на
основании ч. 1 ст. 12.8, ч 1 или 2 ст. 12.26 КоАП РФ, так и лица, в
отношении которого постановление о назначении административного
наказания в виде лишения права управления транспортными средствами
исполнено, но не истек один год со дня окончания исполнения этого
постановления.
Приговором суда в составе мирового судьи судебного участка № 3
Советского района г. Астрахани от 15 декабря 2015 г. Д.
осужден по ст. 264.1 УК РФ к 340 часам обязательных работ с лишением
права управлять транспортными средствами на 2 года.

Дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.

Д. признан виновным в управлении автомобилем в состоянии опьянения, являясь лицом, подвергнутым административному
наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.
Судом установлено, что Д. 10 октября 2013 г. на
основании постановления мирового судьи судебного участка № 4 Советского
района г. Астрахани, вступившего в законную силу 21 октября 2013 г.,
признан виновным в совершении административного правонарушения,
предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, за управление транспортным
средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, ему было назначено административное наказание в виде штрафа 30 000 рублей с
лишением права управления транспортным средством на 1 год 6 месяцев.
В соответствии со ст. 4.6 КоАП РФ Д., являясь лицом,
подвергнутым административному наказанию на период с 21.10.2013 по
21.04.2016, 30 сентября 2015 г., вновь, будучи в состояний алкогольного
опьянения, умышленно в нарушении п. 2.7 Правил дорожного движения РФ,
управлял автомобилем и был остановлен сотрудниками ДПС ОБДПС
ГИБДД-1 УМВД России по Астраханской области.
Таким образом, по данному уголовному делу по ст. 264.1 УК РФ
квалифицированы действия лица, в отношении которого постановление о
назначении административного наказания в виде лишения специального
права по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ исполнено, но не истек один год со дня
окончания исполнения этого постановления.
Приговором суда в составе мирового судьи судебного участка № 3
Ахтубинского района Астраханской области от 24 ноября 2015 г. осужден
Х. по ст. 264.1 УК РФ к 200 часам обязательных работ с лишением
права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными
средствами на 3 года.
Х. признан виновным в том, что 2 июля 2015 г. управлял
автомобилем ВАЗ-21091 в состоянии опьянения, установленном актом
освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, являясь лицом,
подвергнутым административному наказанию на основании постановления
мирового судьи от 3 июня 2015г., вступившего в законную силу 19 июня
2015 г. За управление транспортным средством в состоянии опьянения ему
назначено наказание в виде административного штрафа в размере 50 000
рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 3
года.
По данному делу, административное наказание в виде лишения права
управления транспортными средствами на момент вынесения приговора не
было исполнено.

В 2015 г. рассмотрено одно уголовное дело по ст. 264.1 УК РФ
отношении лица, имеющего судимость по ст. 264.1 УК РФ.
Однако действия этого лица не были квалифицированы по признаку
имеющего судимость по ст. 264.1 УК РФ.
По приговору, постановленному в составе мирового судьи судебного
участка № 2 Красноярского района Астраханской области от 14 декабря 2015
г. М. осужден по ст. 264.1 УК РФ к 280 часам обязательных
работ с лишением права управления транспортными средствами на срок 2
года и на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем
частичного присоединения не отбытой части наказания по приговору от
5.10.2015 — к 350 часам обязательных работ с лишением права управления
транспортными средствами на 3 года.
М. признан виновным в управлении 22.10.2015
автомобилем в состоянии опьянения, как лицо, ранее подвергнутое
административному наказанию за невыполнение законного требования
уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского
освидетельствования на состояние опьянения.
Вместе с тем, из материалов уголовного дела видно, что М.
по приговору суда в составе мирового судьи судебного участка № 2
Красноярского района Астраханской области от 05.10.2015 осужден по ст.
264.1 УК РФ к 240 часам обязательных работ с лишением права управлять
транспортными средствами на 2 года.
Поскольку приговором от 05.10.2015 было установлено, что М. являлся лицом, подвергнутым административному наказанию за то же деяние, за которое был подвергнут административному наказанию по ч.2 ст.12.26 КоАП РФ, то по приговору от 14 декабря 2015 г. эти обстоятельства в качестве признака преступления не могли повторно учитываться и действия М. подлежали квалификации, как управление автомобилем лицом в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.
Указанное уголовное дело было рассмотрено в порядке главы 40 УК
РФ и приговор постановлен без проведения судебного разбирательства.

Вопрос о возвращении уголовного дела прокурору судом не
обсуждался.

Как показывает анализ судебной практики, при назначении лицам,
виновным в совершении преступлений, предусмотренных статьей 264 или
264.1 УК РФ дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью,
трудностей не возникало.
Неправильное применение уголовного закона при назначении
наказания было допущено при рассмотрении уголовного дела в отношении
Л. осужденного по ч. 2 ст. 264 УК РФ по приговору Лиманского
районного суда Астраханской области от 05.04.2013 по ч.2 ст. 264 УК РФ к 1
году лишения свободы с отбыванием наказания в колонии — поселении.
Изменяя приговор по представлению государственного обвинителя
ввиду неправильного применения уголовного закона и усиливая наказание
осужденному по ч.2 ст. 264 УК РФ до 1 года лишения свободы в колонии-
поселении, с лишением права управления транспортными средствами на срок
2 года, суд апелляционной инстанции в своем решении от 30.05.2013 указал,
что если закон, по которому квалифицировано совершенное преступление,
предусматривает обязательное назначение дополнительного наказания, то
его неприменение допускается лишь при наличии условий, предусмотренных
ст. 64 УК РФ, и должно быть мотивировано в приговоре со ссылкой на эту
статью.
Санкция ч.2 ст. 264 УК РФ предусматривает обязательное назначение
дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортным
средством на срок до трех лет, в связи с чем, неприменение дополнительного
наказания могло иметь место лишь при наличии условий предусмотренных
ст. 64 УК РФ.
Назначая наказание Л., суд, не установив исключительных обстоятельств, в нарушение требований уголовного закона, не применил дополнительное наказание, сославшись лишь на то, что Л.А.Ю. лишен права управления транспортным средством в административном порядке за управление автомобилем в состоянии опьянения и это обстоятельство связано с ДТП, за совершение которого он привлекается к уголовной ответственности.
При этом суд не учел, что в соответствии с п. 12.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.12.2008 №25 в редакции от 23.12.2010,
если лицо в связи с дорожно — транспортным происшествием, повлекшим
последствия, указанные в частях 2, 4 или 6 статьи 264 УК РФ, было лишено
права управления транспортным средством в порядке ст. 12.8 КоАП РФ за
сам факт управления транспортным средством в состоянии опьянения,
отбытый им срок лишения права управления транспортным средством
засчитывается в срок назначенного по уголовному делу дополнительного
наказания в виде лишения права управлять транспортным средством с
приведением в приговоре оснований принятого решения.
Судом апелляционной инстанции принято решение о зачете в срок
назначенного дополнительного наказания в виде лишения права управлять
транспортным средством, срока лишения права управлять транспортным средством — 1 год 6 месяцев, назначенного Л. за совершение
правонарушения, предусмотренного ст. 12.8 КоАП РФ по постановлению
мирового судьи судебного участка № 1 Лиманского района Астраханской
области от 05.07.2012.
Санкция части 1 статьи 264 УК РФ не предусматривает возможность
обязательного применения к виновному дополнительного наказания в виде
лишения права управления транспортным средством наряду с основным
наказанием в виде ограничения свободы.
В случае назначения основного наказания в виде ограничения
свободы дополнительное наказание применяется судами на основании части
3 статьи 47 УК РФ.
Приговором Трусовского районного суда г. Астрахани от 24 июня
2015 г. Ш. осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 2 годам
ограничения свободы с установлением указанных в приговоре ограничений и освобожден от отбывания назначенного наказания в соответствии с п. 9
Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 24 апреля
2015 г. № 6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием победы в
Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».
Апелляционным постановлением Астраханского областного суда от
27 августа 2015 г. по апелляционному представлению государственного соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ Ш. назначено по ч. 1 ст.
264 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права управлять
транспортными средствами сроком на 1 год 6 месяцев, которое в силу п. 11
Постановления Государственной Думы Российской Федерации от 24 апреля
2015 г. № 6576-6 «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием победы в
Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» постановлено исполнять
самостоятельно.
Ш. признан виновным в том, что 04.11.2014, управляя
автомобилем «ВАЗ-210740», в пути следования нарушил требования п.п. 1.4
1.5 9.1 10.1 Правил дорожного движения, выехал на полосу встречного
движения, где совершил столкновение с движущимся во встречном
направлении автомобилем «ВАЗ-21053» под управлением Т.,
которому вследствие этого был причинен тяжкий вред здоровью.
Суд апелляционной инстанции, изменяя приговор, указал, что суд не
обсудил вопрос о назначении осужденному дополнительного наказания в
виде лишения права управлять транспортным средством. Принимая во
внимание, что Ш. ранее неоднократно привлекался к
административной ответственности за нарушение Правил дорожного
движения и вновь совершил грубое нарушение данных Правил, повлекшее
причинение тяжкого вреда здоровью человека, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что назначение осужденному дополнительного наказания будет соответствовать принципу справедливости и целям наказания — восстановлению социальной справедливости, предупреждению совершения им новых преступлений.
В то же время при назначении дополнительного наказания в виде
лишения права управления транспортным средством при наличии к тому
оснований и с учетом обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание,
суды обсуждают вопрос о целесообразности его применения в отношении
лица, для которого соответствующая деятельность связана с его
единственной профессией.
Так, приговором Ленинского районного суда г.Астрахани от 5
октября 2015 г. осужден М. по ч. 1 ст. 264 УК РФ к одному году
ограничения свободы с возложением на него определенных ограничений. Он
признан виновным в нарушении требований п. п. 1.5, 13.9 Правил дорожного
движения Российской Федерации, а именно в том, что двигаясь по
второстепенной дороге, управляя автомобилем «ВАЗ-21093», на перекрестке
неравнозначных дорог, не убедившись в безопасности и не уступив дорогу
транспортным средствам, приближающимся по главной дороге, при наличии
дорожного знака приоритета 2.5 «Движение _без остановки запрещено»,
выехал на перекресток, где совершил столкновение с автомобилем «Форд
Скорпио», в результате чего, пассажир автомобиля «ВАЗ-21093» И.
получил телесные повреждения, соответствующие тяжкому вреду
здоровью.
При назначении наказания М. суд учитывая, что его
работа в службе такси является единственным источником его дохода, а
также наличие у него на иждивении малолетнего ребенка, посчитал
возможным не назначать дополнительное наказание в виде лишения права
управлять транспортным средством.

Изучение уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 264.1
УК РФ, показало, что в практике судов имело место не назначение
дополнительного наказания в виде лишения права управления
транспортными средствами лицам, не получавшим в установленном порядке
разрешения на управления транспортным средством.
Так, по приговору суда в составе мирового судьи судебного участка
№ 1 Володарского района Астраханской области от 3 ноября 2015 г.
К. осужден по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок
250 часов.
Он признан виновным в том, что, будучи подвергнутым
административному наказанию за управление транспортным средством в
состоянии опьянения, управлял автомобилем в состоянии опьянения. Как
установлено приговором, К. 11.09.2015, не имея водительского удостоверения на право управления транспортным средством, подвергнутый
административному взысканию 06.10.2014 за совершении
административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.8 КоАП
РФ, в виде административного ареста на срок 15 суток, управлял
автомобилем ВАЗ-2106 в состоянии алкогольного опьянения.

Дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.
Приговор в апелляционном порядке не обжаловался.
Между тем, решение суда в части назначенного наказания нельзя
признать законным и обоснованным, поскольку оно принято в нарушении
норм уголовного закона и без учета разъяснений в п. 12 постановления
Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25
о том, что дополнительное наказание может быть назначено как лицу,
которому в установленном порядке было выдано соответствующее
удостоверение, так и лицу, управляющему автомобилем или другим
транспортным средством без соответствующего разрешения.

В 2015 г. по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 264.1 УК РФ, судом апелляционной инстанции проверено 3 обвинительных приговора в отношении 3 лиц, которые оставлены без изменения.

В 2015 г. по делам о преступлениях, предусмотренных ст.264 УК РФ,
судом апелляционной инстанции проверено 22 обвинительных приговора в
отношении 22 лиц, из которых изменены ввиду несправедливости приговора,
вследствие чрезмерной мягкости наказания приговоры в отношении 2 лиц.

Апелляционным постановлением Астраханского областного суда от 22 октября 2015 г. изменен приговор в отношении С. Он был осужден приговором Кировского районного суда г. Астрахани от 9 сентября 2015 г. по ч. 3 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы с лишением права управления транспортным средством на 1 год с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года.
Суд апелляционной инстанции исключил из приговора указание о назначении ему наказания с применением ст. 73 УК РФ и назначил отбывание наказания в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев в колонии-поселении.
Изменяя приговор, суд апелляционной инстанции указал, что суд, принимая во внимание при назначении наказания положительные данные о личности С., не учел в полной мере характер и степень общественной опасности совершенного преступления и не принял во внимание положения ч. 2 ст. 43 УК РФ о целях наказания.

За указанный период судом апелляционной инстанции 02.04.2015
отменен вышеприведенный приговор на 1 лицо — в отношении А., осужденного по приговору Харабалинского районного суда
Астраханской области от 15.01.2015 по ч.3 ст. 264 УК РФ за нарушение
лицом, управляющим автомобилем правил дорожного движения, повлекшее
по неосторожности смерть человека.

В 2015 г. рассмотрено одно уголовное дело, по которому действия
виновного лица были квалифицированы по совокупности преступлений,
предусмотренных ч. 1 ст. 264 УК РФ и ст. 125 УК РФ.
По приговору Ахтубинского районного суда Астраханской области от
16 февраля 2015 г. К. осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к одному году
шести месяцам ограничения свободы, по ст. 125 УК РФ к штрафу в размере
30 000 рублей и на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к ограничению свободы
сроком на один год шесть месяцев со штрафом в размере 30 000 рублей.
К. был признан виновным в нарушении
требований п. п. 1.5, 2.5, 10.1 Правил дорожного движения при управлении
мотоциклом, а именно в том, что 23.07.2014 он, управляя
мотоциклом, нарушил п. п. 1.5, 2.5, 10.1 Правил дорожного движения, не
справился с управлением, выехал на тротуар, где совершил наезд на
пешеходов Г. и В., причинив тяжкий вред здоровью
последнего, скрылся с места происшествия, поставив потерпевших в опасное
для жизни и здоровья состояние, имея возможность оказать им помощь,
осознавая, что они нуждаются в неотложной медицинской помощи и
находятся в беспомощном состоянии, в безлюдном месте и лишены
возможности принять меры к самосохранению.
Дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.

По смыслу закона, ответственность по статье 125 УПК РФ наступает
при наличии двух обязательных условий: а) виновный имел возможность
оказать помощь лицу, находящемуся в опасном для жизни состоянии, и б)
был обязан иметь о нем заботу либо сам поставил его в опасное для жизни
или здоровья состояние.
Случаев привлечения к уголовной ответственности по ст. 125 УК РФ
лиц, управляющих транспортным средством, невиновных в нарушении правил дорожного движения, поставивших в опасное для жизни или здоровья состояние потерпевших в результате происшествия управляемой им
машиной, в практике судов области не имелось.
Представляется, что если лицо, управляющее транспортным средством, невиновно в нарушение правил дорожного движения, но жизнь и
здоровье потерпевшего были поставлены под угрозу в результате
происшествия управляемой им машиной, то за невыполнение обязанности по
оказанию помощи потерпевшему водитель также может нести
ответственность по ст. 125 УК РФ.

При этом лицо, невиновное в нарушении правил дорожного движения может быть признано виновным в совершении этого преступления, как лицо, поставившее потерпевшего в опасное для жизни или здоровья состояние и
обязанное в силу этого обстоятельства иметь заботу о пострадавших.

Такой вывод можно сделать, исходя из положений п. 2.6 Правил
дорожного движения Российской Федерации, из которых следует, что, если
в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены
люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания
первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и
полицию; в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если
это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую
медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак
транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документ
на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия.
Вместе с тем, представляется, что вопрос о наличии оснований для
уголовной ответственности водителя, ставшего участником дорожно-
транспортного происшествия, но не виновного в нарушении правил
дорожного движения, если он не принял меры для оказания первой
медицинской помощи пострадавшим, нуждается в разъяснении, так как
частью 1 и 2 статьи 12.27. Кодекса Российской Федерации об
административных правонарушениях установлена и административная
ответственность за невыполнение водителем обязанностей, в связи с
дорожно-транспортные происшествием, и оставление места дорожно-
транспортного происшествия, участником которого он является.

В соответствии с разъяснениями п.20 Постановления Пленума
Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 № 25,
неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения
является оконченным преступлением с момента отъезда либо перемещения
транспортного средства с места, на котором оно находилось.
Как следует из представленных на изучение дел, связанных с
неправомерным завладением автомобилем или иным транспортным
средством без цели хищения, судами под отъездом транспортного средства
с места, на котором оно находилось, понимались действия виновного лица, связанные с приведением в движение транспортного средства двигателем,
то есть использование транспортного средства по его назначению, и поездки
на нем от места его нахождения.
Ш., уголовное дело в отношении, которого
постановлением Советского районного суда г. Астрахани от 03.11.2015
прекращено за примирением с потерпевшим, органами следствия обвинялся
в том, что в период с 23:55 часов 01.07.2015 по 00: 25 часов 02.07.2015,
находясь у Торгового Центра в г. Астрахань по ул. Боевая, имея умысел на угон транспортного средства, подошел к автомобилю
марки «Lada 217030 PRIORA» принадлежащему В., двери которого в тот момент не были закрыты на ключ, оставленным в замке зажигания ключом произвел запуск двигателя указанного автомобиля, после чего начал движение, покинув место парковки автомобиля, то есть неправомерно завладел автомобилем без цели хищения и продолжил движение в сторону ул. Бакинская г.Астрахани, где и был задержан сотрудниками полиции.
Под перемещением транспортного средства с места, на котором оно
находилось, судами понималось совершение виновным лицом действий с
применением физической силы для угона транспортного средства с места
стоянки без поездки (использования по назначению) на транспортном
средстве.
Так, К. был признан судом виновным в том, что
16.06.2014 примерно в 14:30 часов, находясь около магазина на
ул. Матросова в с. Заречное Лиманского района Астраханской
области, имея умысел на неправомерное завладение транспортные средством
без цели хищения, подошел к мотороллеру,
без государственного регистрационного номера, принадлежащего Т., откатил мотороллер на ул. Советская, где пытался привести в
движение указанное транспортное средство, завести мотор, но был задержан
жителями села.
Д. по приговору Камызякского районного суда
Астраханской области от 7.05.2015 признан виновным в том, что в ночь с 29
на 30 ноября 2013 г., решил совершить угон транспортного средства —
мотоцикла ИЖ Юпитер, находящегося в сарае по ул. М. Горького в с.
Образцово-Травино Камызякского района Астраханской области,
принадлежащего Е., без цели его хищения, с тем, чтобы доехать на нем до паромной переправы.
Реализуя свой преступный умысел, Д. проник в
вышеуказанный сарай, выкатил из него мотоцикл, неправомерно завладев
транспортным средством без цели хищения, покатил транспортное средство
его в сторону автодороги Астрахань — Образцово-Травино Астраханской области. Пытался завести мотоцикл, но, обнаружив,
что он находится в неисправном состоянии, бросил его и скрылся с места
происшествия.
По приговору Ленинского районного суда г. Астрахани от 1.06.2015 г.
С.,Н.,Д. и У. признаны виновными в том, что 23.06.2014 в периоде 00:30 часов до 4 часов находясь на ул. Аксакова в г. Астрахани, увидев автомобиль ВАЗ-21013, находящимся в пользовании И., решили совершить его угон.
С этой целью У. подошел к автомашине, и,
убедившись в том, что водительская дверь не закрыта на замок, открыл ее,
сел в машину и попытался завести двигатель путем соединения контактных
частей проводов замка зажигания. Однако завести автомобиль не смог. После
чего они, по очереди, садясь за руль автомобиля, толкая, переместили его к дому по пер. С. в г. Астрахани, то есть неправомерно завладели
автомобилем без цели хищения, а затем с места преступления скрылись.
Как следует из представленных на изучение дел, в 2015 г. о преступлениях, предусмотренных ч.3 ст. 30, ст. 166 УК РФ, рассмотрено 3 уголовных дела на 3 лица, по которым осуждено к
лишению свободы 2 лица, в отношении 3 лиц уголовное дело прекращено
за примирением с потерпевшим.
По ч.3 ст. 30 , п. «а» ч.2 ст.166 УК РФ осуждено 1 лицо к лишению
свободы условно, с применением ст. 73 УК РФ.

Как покушение на угон транспортного средства без цели хищения во
всех случаях суды квалифицировали действия лица, пытавшихся завести
двигатель, однако эти действия по одному преступлению были пресечены
посторонним лицом, а в остальных случаях реализовать преступный умысел
на использование транспортного средства в личных интересах без цели
хищения не удалось по независящим от воли лица обстоятельствам (не
завелся двигатель, отсутствовал аккумулятор).
Приговором Ахтубинского районного суда Астраханской области от
27.10.2015 К., Ф.,Б. и А. были признаны виновными в покушении на неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон),совершенное группой лиц по предварительному сговору, которое не доведено до конца по независящим от воли лица обстоятельствам.
Как следует из приговора, К. 05.10.2014, находясь во дворе дома по ул. Пионерская г. Знаменск Астраханской области, увидев автомобиль марки ВАЗ- 21043, в целях его угона при помощи отвертки открыл замок левой передней двери автомобиля, затем он и Ф. проникли в салон автомобиля, где последний пытался завести автомобиль путем замыкания
электропроводки, однако, автомобиль не завелся. После этого Ф.,
К., а также Б. и А., наблюдавшие за
окружающей обстановкой согласно распределению ролей, не доведя свой
умысел на угон автомобиля, скрылись с места преступления.

По приговору Ленинского районного суда г. Астрахани от 24.11.2015
Б. признан виновным в том, что 28.06.2015, примерно в 1 час, находясь у дома по ул. Яблочкова в г. Астрахани, увидев припаркованный автомобиль ГАЗ — 32213, имея умысел на неправомерное завладение автомобилем без цели хищения, открыл заднее пассажирское окно, проник через него в салон автомобиля, затем разобрал замок зажигания автомобиля и пытался завести двигатель. В этот момент, обнаружив, что его действия стали очевидными, вышел из автомобиля и попытался скрыться, однако был задержан.
Постановлением Ахтубинского районного суда Астраханской области от 26.03.2015 уголовное дело в отношении Ф. обвиняемого в
совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30 ч.1 ст. 166 УКРФ, прекращено за примирением с потерпевшим.
Как следует из материалов дела, 01.02.2015 Ф., имея умысел на неправомерное завладение мотоциклом, принадлежащим Б., прибыл к дому по проспекту 9 мая в г. Знаменск Астраханской области, откуда выкатил мотоцикл на улицу и покатил его на территорию ГБУЗ «ЦГБ г. Знаменск», где извлек из замка зажигания
провода и пытался завести двигатель. Однако не довел свой умысел до
конца, по независящим от него обстоятельствам, поскольку в мотоцикле
отсутствовала аккумуляторная батарея.

Предметом рассматриваемого преступления является автомобиль или иное транспортное средство. Признаки, характеризующие предмет преступления в законе не определены.
К числу иных транспортных средств в соответствии с разъяснения в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.12.2008 № 25 (ред. от 23.12.2010) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерным завладением без цели хищения» отнесены механические транспортные средства (троллейбусы, трактора, мотоциклы, другие самоходные машины с двигателем внутреннего сгорания или электрическим двигателем, катера, моторные лодки).
Не являются предметом данного преступления мопеды, велосипеды, гребные лодки, гужевой транспорт и т.п.
В п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации приведены критерии, по которым транспортное средство относится к числу механических, а также критерии, по которым можно определить категорию транспортного средства.
Так, механическое транспортное средство — это транспортное средство, приводимое в движение двигателем. Термин распространяется также на любые тракторы и самоходные машины.
Под мопедом понимается — двух или трехколесное механическое транспортное средство, максимальная конструктивная скорость которого не превышает 50 км/ч, имеющее двигатель внутреннего сгорания с рабочим объемом, не превышающим 50 куб. см, или электродвигатель номинальной максимальной мощностью в режиме длительной нагрузки более 0,25 кВт и менее 4 кВт. К мопедам приравниваются квадрициклы, имеющие аналогичные технические характеристики.
Мотоциклом является двухколесное механическое транспортное средство с боковым прицепом или без него, рабочий объем двигателя которого (в случае двигателя внутреннего сгорания) превышает 50 куб. см или максимальная конструктивная скорость (при любом двигателе) превышает 50 км/ч. К мотоциклам приравниваются трициклы, а также квадрициклы с мотоциклетной посадкой или рулем мотоциклетного типа, имеющие ненагруженную массу, не превышающую 400 кг (550 кг для транспортных средств, предназначенных для перевозки грузов) без учета массы аккумуляторов (в случае электрических транспортных средств), и максимальную эффективную мощность двигателя, не превышающую 15 кВт.

Из представленных на изучение уголовных дел, рассмотренных судами в 2015г. о преступлениях, предусмотренных ст. 166 УК РФ, следует, что предметом преступления являлись не только автомобили, но и в 6 случаях мотоциклы, в 1 случае — мотороллер.

Анализ уголовных дел свидетельствует о том, что к материалам дела органами следствия в большинстве случаев приобщались документы, подтверждающие технические характеристики автомобилей и иных транспортных средств, а также подтверждающих законность владения транспортными средствами.
С учетом имеющихся в документах сведений, органами следствия и судом определялся предмет преступления.

Например, по уголовному делу в отношении К. осужденного приговором Лиманского районного суда Астраханской области от 28.01.2015 к лишению свободы, за угон мотороллера марки «EUROTEXYH 150 Т-К», без государственного регистрационного номера, принадлежащего Т., имелись паспорт транспортного средства и одобрение типа транспортного средства, выданное Росстандартом, из которых следует, что мотороллер имеет: рабочий объем двигателя 150 куб.см., мощность двигателя 6,3 кВт, категорию транспортного средства – А.
Федеральным Законом РФ от 10.12.1995 № 196-ФЗ (ред. от 28.11.2015) «О безопасности дорожного движения» в Российской Федерации установлены категории и входящие в них подкатегории транспортных средств, на управление которыми предоставляется специальное право. Согласно ч.1 ст. 25 Закона к категории «A» отнесены мотоциклы.
Таким образом, угнанное транспортное средство К. является предметом преступления, предусмотренного ст. 166 УК РФ.

Другим примером, является уголовное дело по обвинению Ф. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 166 УК РФ, которое постановлением Ахтубинского районного суда Астраханской области от 26.03.2015 прекращено за примирением с потерпевшим. В материалах дела содержатся данные о технических характеристиках транспортного средства мотоцикла «ALPHAII», имеющего рабочий объем двигателя 107 куб. см., конструктивную максимальную скорость 80 км/ч., а также выписка из ПДД РФ.

Имели место случаи, когда в материалах дела не имелось достаточно сведений позволяющих в соответствии с ПДД, разъяснениями Пленума, идентифицировать транспортное средство как предмет преступления.
Так, в материалах уголовного дела в отношении Ю., осужденного по ч.1 ст. 166 УК РФ за угон мотоцикла марки «Иж Планета-4» приговором Черноярского районного суда Астраханской области от 3.02.2015, из документов на транспортное средство имеется «Технический паспорт мотоцикла, мотороллера», который содержит лишь сведения о модели — ИЖ-П-4, владельце – И., а также иные сведения. Однако, данных о технических характеристиках транспортного средства, позволяющих его определить как предмет преступления, материалы дела не содержат.

По делу в отношении Ч. осужденного приговором Ахтубинского районного суда Астраханской области от 19.10.2015 по ч.1 ст. 166 УК РФ к 1 году 2 месяцам лишения свободы, в ходе предварительного следствия был приобщен договор купли-продажи от 5.09.2012, из которого следует, что потерпевший К. приобрел мотоцикл «EUROTEXALPHA» , а также справка магазина «Техностиль» о том, что данный мотоцикл имеет объем 110 куб. и его стоимость по состоянию на 29.07.2015 составляет 24990 рублей.
Между тем, как следует из показаний потерпевшего, его заявления и протокола осмотра места происшествия в них указаны сведения о хищении и осмотре мопеда.
Указанные противоречия судом не устранялись. Дело было рассмотрено в порядке особого производства.
Не учтено судом и то, что предметом преступления в соответствии с п. 1.2 ПДД РФ может являться мотоцикл, рабочий объем двигателя, которого превышает 50 куб. см. и т.д., тогда как материалы дела не содержат технической документации, содержащей сведения о продукции иностранного производства, свидетельствующей о ее характеристиках, согласно которым возможно определить категорию транспортного средства в соответствии с законодательством РФ, а что означают сведения, изложенные в справке магазина об объеме 110 куб. и на основании каких документов указан данный показатель, из материалов дела не усматривается.

Анализ уголовных дел свидетельствует, что в основном в материалах уголовных дел имеются документы на транспортное средство и только незначительное количество дел их не содержит.
В качестве примера можно привести дело в отношении И., осужденного приговором Икрянинского районного суда Астраханской области от 29.04.2015 по двум преступлениям, предусмотренным п.п. «б», «в» ч.2 ст. 158 и по ч.1 ст. 166 УК РФ окончательно к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК строгого режима.
Он признан виновным в угоне мотоцикла марки «Урал», принадлежащего Н.
Уголовное дело было рассмотрено судом в порядке особого производства.
Как следует из материалов дела, органами следствия И. обвинялся в угоне иного транспортного средства — мотоцикла марки «Урал».
Органы следствия, определяя предмет преступления, ограничились лишь данными протокола осмотра места происшествия от 13.08.2014 согласно которому, на месте происшествия имелся мотоцикл марки «Урал» с боковым прицепом, а также показаниями К.Н.Н. о том, что документов на мотоцикл, который ранее принадлежал его покойному отцу, не имеется.
Между тем, в материалах дела документов, подтверждающих технические характеристики транспортного средства, позволяющие определить, относится ли оно к предмету преступления, не имеется.
Не проверил эти обстоятельства имеющие значение для правильного разрешения дела и суд первой инстанции.
В апелляционном порядке постановленное по делу судебное решение не проверялось.

Основным обстоятельством, дающим основание отграничить угон от кражи, грабежа и разбоя является установление отсутствия цели хищения.
При угоне умысел направлен на временное незаконное использование чужой вещи. Угонщик завладевает транспортным средством с целью совершить поездку куда-либо или просто получить удовольствие от управления им (покататься).
Анализ представленных на обобщение уголовных дел свидетельствует о том, что вопрос квалификации действий лиц завладевших транспортным средством, решается в зависимости: от показаний виновного, когда лицо задержано сотрудниками полиции в процессе эксплуатации транспортных средств и отсутствуют объективные данные, свидетельствующие о намерениях виновного лица присвоить, разобрать на запасные части транспортное средство; данных протокола осмотра места происшествия, свидетельствующих о перемещении транспортного средства от места стоянки, показания потерпевших в указанной части, показания свидетелей сотрудников ДПС которые произвели задержание (остановку) транспортного средства и установили, что лицо управляющее автомобилем не имеет право на его управление, либо добровольно сообщило о совершенном им угоне.

Таким образом, для признания неправомерности завладения транспортным средством суды устанавливают факт отсутствия законных прав на управление и распоряжение этим транспортным средством.
Например, по делу в отношении К., установлено, что он без разрешения собственника автомобиля В., который доводится братом обвиняемому, зная о том, где хранятся ключи от автомобиля, воспользовавшись отсутствием В. и членов его семьи, взял ключи от автомобиля, и уехал на нем.
На предварительном следствии потерпевший В. указывал на то, что автомобилем управлял только он, его жена и брат К. не имеют водительских удостоверений. К управлению своей машиной он никогда никого не допускал.
Из показаний К. установлено, что он без разрешения брата взял его автомобиль для совершения поездки в другое село, где проживала его дочь.

По представленным на изучение уголовным делам случаев переквалификации действий со ст. 166 УК РФ на ст. 158 УК РФ, и наоборот, не имелось.

Как следует из представленных на изучение уголовных дел по 4 делам 4 лица были осуждены за тайное хищение имущества находящегося в транспортном средстве угон, которого они совершили. (2 лица по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 166 и п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, 1 лицо — по ч.1 ст. 166 и по ч.1 ст. 158 УКРФ, 1 лицо — по ч.4 ст. 166 и по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ).

Так, например, по делу в отношении Н., осужденного приговором Трусовского районного суда г.Астрахани от 27.05.2015 по ч.1 ст. 166 и п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, органами следствия и судом установлено, что Н. совершил угон автомобиля марки «Москвич 412» принадлежащего В., переместив автомобиль с применением физической силы. После того как Н., не смог привести двигатель автомобиля в рабочее состояние, он тайно похитил из автомобиля аккумуляторную батарею, чемодан с комплектом инструментов, дрель, домкрат, причинив потерпевшему значительный ущерб на общую сумму 11070 рублей.

В судебной практике имело место совершения угона транспортных средств с применением насилия, как не опасного, так и опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия.
Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, при угоне судами понималось умышленное нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связыванием рук, применением наручников и т.п.).

В 2015 г. рассмотрено 1 уголовное дело в отношении 3 лиц, которые были осуждены по п.п. «а», «в» ч.2 ст. 166 УК РФ к лишению свободы.

Приговором Советского районного суда г. Астрахани от 17.06.2015 М., Б. и С. осуждены по п.п. «а», «в» ч.2 ст. 166 УК РФ к лишению свободы.
Они же осуждены по п. «а» ч.2 ст. 126 УК РФ, а Б. и С. еще и по п.п. «а», «г» ч.2 ст. 161 УК РФ.
По приговору суда М., Б. и С. признаны виновными в неправомерном завладении автомобилем А. без цели хищения группой лиц по предварительному сговору, с применением к А. насилия не опасного для жизни и здоровья.
Как установлено судом, 14.03.2014 находясь на берегу реки К. в г. Астрахани, Т., уголовное преследование, в отношении которого прекращено ввиду смерти, согласно отведенной роли, дождавшись, когда А. покинет транспортное средство ВАЗ-21120, двигатель которого находился в заведенном состоянии, а ключ в замке зажигания, сел на водительское сидение автомобиля.
С., Б. и М. в свою очередь подошли к стоявшему рядом с автомобилем А. и нанесли последнему удары руками по различным частям тела, в том числе, по жизненно важному органу – голове, от которых последний упал на землю. После этого, они продолжили наносить потерпевшему удары ногами по различным частям тела, причинив А. телесные повреждения: кровоподтеки обоих глаз, спинки носа, ссадины левой кисти, которые не являются опасными для жизни повреждениями, расстройство здоровья не влекут и как вред здоровью не расцениваются, то есть применили насилие не опасное для жизни и здоровья.
Т., находясь в автомобиле, с помощью автоматической кнопки, расположенной в салоне автомобиля, открыл замок дверцы багажного отделения.
После этого, М. открыл багажник, а С. и Б., вопреки воле А., поместили последнего в багажное отделение. Затем М., С. и Б. сели в салон автомобиля и под управлением Т. проехали до пустыря в районе дачного сектора около аэропорта в Советском районе г. Астрахани.

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, либо угрозой применения такого насилия при угоне суды понимают умышленные действия, повлекшие причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и угрозу совершения перечисленных действий, которая выражается в высказывании угроз физической расправой в адрес потерпевшего, демонстрации оружия, предметов используемых в качестве оружия и их применение.

В 2015 г. рассмотрено 1 уголовное дело в отношении 2 лиц, которые были осуждены к по ч. 4 ст. 166 УК РФ.
По приговору Ленинского районного суда г. Астрахани от 16.07.2015 суда К. и П. признаны виновными в неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угоне) – автомобиля «Ниссан Премьера», принадлежащего Л., совершенном группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, а К., кроме того, признан виновным в краже из автомобиля имущества Л. — автомагнитолы, флеш-карты, кошелька с денежными средствами и мобильного телефона с сим-картой, общей стоимостью 8700 рублей, совершенной с причинением значительного ущерба гражданину.
Судом установлено, что в ходе неправомерного завладения автомобилем Л. без цели хищения угроза применения насилия, опасного для жизни и здоровья выразилась в том, что П., действующая совместно с К. поднесла имеющийся у нее канцелярский нож к шее Л.
Последний, реально восприняв угрозу для жизни и здоровья, перехватил руку П. с канцелярским ножом, однако, та другой рукой схватила потерпевшего за ворот одежды, при этом поцарапала ему шею, причинив физическую боль. Опасаясь за свою жизнь и здоровье, Л. покинул автомобиль. После чего под управлением К., проехали примерно 15 метров и столкнулись с бетонной конструкцией, в результате чего не смогли продолжить движение.

В 2015 г. судами области было рассмотрено 6 уголовных дел, что составляет 6,4% от общего числа рассмотренных дел, в отношении 23 лиц (20,5%), осужденных за совершение угона группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч.2 ст. 166 УК РФ).

Анализ данных дел свидетельствует, что особых затруднений при квалификации действий виновных лиц по данному признаку у судей области не возникает.
При неправомерном завладении транспортным средством без цели хищения несколькими лицами по предварительному сговору действия каждого суды рассматривали как соучастие в преступлении, то есть как соисполнительство, квалифицируя содеянное ими по п. «а» ч. 2 ст. 166 УК РФ без ссылки на статью 33 УК РФ, независимо от того, кто из участников преступной группы фактически управлял транспортным средством.

Например, по уголовному делу в отношении М., И., Б. , установлено, что на предложение последнего М. и И. согласились совершить угон автомобиля ВАЗ-21093, принадлежащего З. Воспользовавшись тем, что автомобиль не закрыт, Б. сел на водительское сидение, а М. и М.И.Н. соответственно на переднее и заднее пассажирские сидения. Под управлением Б.А.С. на автомобиле все они проследовали с территории гаражного кооператива «Заря» до дома 50 «а» по ул. Ленина г. Знаменск, где совершили наезд на ограждение, после чего вернулись на автомобиле в гаражный кооператив и поставили его обратно в гараж.
Органами следствия и судом действия указанных лиц были квалифицированы по п. «а» ч.2 ст. 166 УК РФ.

Одним из вопросов подлежащих разрешению при рассмотрении дел, является разрешение гражданского иска о взыскании с виновного лица, причиненного преступлением материального ущерба и компенсации морального вреда.
Как показало изучение уголовных дел, гражданские иски, вытекающие из преступлений, связанных с неправомерным завладением транспортными средствами были заявлены по 8 делам, из которых по 5 делам судами были приняты решения о признании за потерпевшими права на удовлетворение гражданского иска с передачей вопроса о его размере для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку истцами не представлены расчеты по иску; по 2 делам исковые требования о возмещении материального ущерба были разрешены по существу, по 1 делу истец отказался от заявленных исковых требований.

Так, по уголовному делу в отношении Н., осужденного приговором Харабалинского районного суда Астраханской области от 2.09.2015 по ч.1 ст. 166 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ, суд установил, что Н. примерно в 00 часов 30 минут 25.06.2015 прошел в помещение незапертого гаража, расположенного во дворе домовладения в г. Харабали Астраханской области, открыл ворота гаража, и совершил угон автомобиля путем его перемещения с места, на котором находилось транспортное средство, а именно вытолкал руками из гаража, до пересечения улицы П. и переулка 2-й С. г. Харабали Астраханской области.
По делу установлено, что автомобиль 2010 года выпуска, принадлежащий потерпевшей Б. с 13.10.2010, ночью 25.06.2015 сгорел.
Из первоначальных показаний Н. следует, что он пытался завести двигатель путем замыкания проводов зажигания, для чего выдернул провода из-под панели приборов, при этом провода искрились, но автомобиль не заводился. Затем он почувствовал запах гари и направился домой.
Впоследствии при даче показаний Н. указывал, что он смутно помнит, пытался ли он перемыкать провода, а затем заявил, что он не пытался завести автомобиль.
По заключению эксперта причиной пожара автомобиля могло послужить проявление аварийного режима работы электропроводки.
Согласно исковому заявлению, Б. просила взыскать с Н. в счет возмещения материального ущерба 500000 рублей, а также 100000 рублей в счет компенсации морального вреда.
Каких-либо доказательств, подтверждающих размер причиненного материального ущерба, истцом представлено не было.
Принимая решение по гражданскому иску, суд обоснованно передал вопрос о размере возмещения иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, поскольку требовалось отложение разбирательства дела для производства дополнительной проверки и расчетов по иску.
Кроме того, суд в обоснование указанного решения указал, что в судебном заседании не установлено, что автомобиль Б. сгорел именно в результате противоправных действий Н.
Между тем, с последними выводами суда нельзя согласиться, поскольку уголовное дело в отношении Н. было рассмотрено в порядке особого производства, а доказательства, имеющие значение для разрешения гражданского иска, согласно протоколу судебного заседания, не исследовались.

Анализ материалов уголовных дел, по которым вопрос о размере возмещения иска был передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, свидетельствует о том, что основания для принятия такого решения у судов имелись.
Однако, несмотря на это обстоятельство, судами при рассмотрении исковых заявлений допускались нарушения требований уголовно-процессуального закона.
Так, по уголовному делу в отношении П. и К. осужденных приговором Ленинского районного суда г. Астрахани от 16.07.2015 по ч.4 ст. 166 УК РФ, а К. и по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, в ходе судебного заседания 3.07.2015 потерпевшим Л. было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела искового заявления о возмещении материального ущерба в размере 70000 рублей и компенсации морального вреда в размере 30000 рублей, причиненных преступлением, которое судом было удовлетворено.
Одновременно суд принял решение о признании Л. гражданским истцом и разъяснил ему права, предусмотренные ст. 44 УПК РФ.
В ходе судебного следствия суд разъяснил К. и П. права, предусмотренные ст. 54 УПК РФ, однако не признал их гражданскими ответчиками.
Как следует из протокола судебного заседания, заявление потерпевшего о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда в судебном заседании не исследовалось, в нарушение требований ст. 73 и 307 УПК РФ вопросы, связанные с размером материального ущерба и морального вреда судом не выяснялись и не исследовались.
Между тем, при постановлении приговора суд разрешил гражданский иск, удовлетворив требования Л. о компенсации морального вреда, а исковые требования в части взыскания материального ущерба оставил без рассмотрения, разъяснив потерпевшему право обращения с данными требованиями в порядке гражданского производства.

По уголовному делу в отношении Н., осужденного по ч.1 ст. 166, ч.1 ст. 161 УК РФ, по приговору Советского районного суда г. Астрахани от 18.05.2015, в ходе предварительного следствия потерпевшим С. был заявлен гражданский иск, последний был признан гражданским истцом. Постановление о признании обвиняемого Н. гражданским ответчиком следователем не вынесено. В ходе судебного следствия Н. таковым также не признан. Отношение к заявленным требованиям у П. судом не выяснялось.

Анализ судебной практики уголовных дел о преступления, предусмотренных ст. 166 УК РФ, показывает, что суды в основном правильно назначали наказание за указанные преступления, с учетом требований ст. ст. 6,43, 60-63 УК РФ.
Среди лиц, привлеченных к уголовной ответственности за совершение преступлений, предусмотренных ст. 166 УК РФ осуждено 86 лиц или 77,5%.
Из них:
к лишению свободы — 82 лица или 95,3% от числа осужденных, в том числе с применением ст. 73 УК РФ — 46 лиц или 56 % от 82 лиц;
к ограничению свободы 3 лица или 2,7 % от числа осужденных;
к штрафу 1 лицо или 0,9 % от числа осужденных.

В апелляционном порядке по делам о преступлениях предусмотренных ст. 166 УК РФ были обжалованы решения в отношении 31 лица.
Из них судом апелляционной инстанции оставлены без изменения приговоры в отношении 27 лиц (87%), в отношении 2 лиц (6,5%) – изменены в связи с неправильным применением уголовного закона при назначении наказания, на 1 лицо (3,3%) — отменен в связи с нарушением требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок удаления подсудимого из зала судебного заседания.
В кассационном порядке решения по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 166 УК РФ, постановленные в 2015г. не пересматривались.

Проведенное обобщение судебной практики позволило выявить ряд общих ошибок в практике рассмотрения дел анализируемой категории и их устранение будет способствовать более качественному отправлению правосудия.

Судебная коллегия по уголовным делам
Астраханского областного суда