практики рассмотрения судами г. Калининграда и Калининградской области в 2016 году ходатайств об условно-досрочном освобождении

Результаты обобщения практики рассмотрения судами г. Калининграда и Калининградской области в 2016 году ходатайств
об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания.
Анализ статистических данных за 2016 год по сравнению с аналогичным периодом 2015 года свидетельствует о незначительном повышении общего количества рассмотренных материалов об условно-досрочном освобождении (далее УДО), равно как и количества удовлетворенных ходатайств.
Сравнение показателей работы судебной коллегии по уголовным делам Калининградского областного суда за 2015 и 2016 годы свидетельствует в пользу увеличения общего количества поступивших жалоб по делам указанной категории и числа жалоб, рассмотренных по существу.
Суды при рассмотрении материалов об УДО в основном правильно применяют положения уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законов и при этом руководствуются также разъяснениями, содержащимися в соответствующих постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.

Применяя сроки отбытия наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, увеличенные в связи с изменениями и дополнениями, внесенными в ст. 79 УК РФ Федеральными Законами № 18-ФЗ от 1 марта 2012 года и № 14-ФЗ от 29 февраля 2012 года, соответственно, суды правильно полагали, что подлежит применению, в соответствии с общими правилами о действии уголовного закона во времени, закон, действовавший на момент совершения преступления.
Вместе с тем, несоблюдение положений ст. 10 УК РФ повлекло отмену в апелляционном порядке постановления Центрального районного суда г. Калининграда от 25 августа 2016 года в отношении Т., поскольку не были учтены изменения в ст. 7.27 КоАП РФ, внесенные Федеральным Законом № 326-ФЗ от 3 июля 2016 года, в результате применения которых содеянное перестало быть уголовно наказуемым деянием.
Учитывая, что срок фактически отбытого осужденным наказания, установленный ч. 3 ст. 79 УК РФ зависит, в том числе, от тяжести совершенного преступления, суды правильно исходили из категории преступления, измененной судом при применении положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.
По смыслу закона, формальное наличие условий, предусмотренных ст. 79 УК РФ, в качестве оснований для УДО, еще не влечет за собой обязательность смягчения уголовной репрессии. Суд должен убедиться в том, что позитивные данные, появившиеся у осужденного после приговора, свидетельствуют о наступлении таких стойких изменений личности, которые не только достигли цели наказания, но и исключат совершение им уголовно наказуемых деяний в дальнейшем.
Рассматривая ходатайства по существу, суды правильно указывают на то, что фактическое отбытие осужденным предусмотренной законом части срока наказания не может служить безусловным основанием для условно-досрочного освобождения. Таким основанием, прежде всего, является убежденность суда в том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.
При наличии взысканий судами учитывались не только их количество, но и характер (ст. 116 УИК РФ), время их наложения, периодичность, время прошедшее после последнего взыскания. Количество взысканий, в совокупности с иными данными, соотносилось с количеством поощрений и характером деятельности, за которую они получены. Установив, что осужденный имел взыскания, наложенные за злостные нарушения порядка отбывания наказания, суды, как правило, отказывали в удовлетворении ходатайств.
Отменяя 11 мая 2016 года постановление Центрального районного суда г. Калининграда от 21 января 2016 года в отношении М., суд апелляционной инстанции указал на отсутствие в решении предусмотренных законом обстоятельств, препятствующих применению УДО к положительно характеризующемуся осужденному, имеющему 10 поощрений, нарушений не допускавшему.
Результатом рассмотрения апелляционной жалобы осужденного стала отмена 11 мая 2016 года по тем же основаниям постановления Центрального районного суда г. Калининграда от 21 января 2016 года об отказе в УДО положительно характеризующемуся Г., имевшему 3 поощрения и всего 1 взыскание, наложенное в 2013 году за незлостное нарушение порядка.
Апелляционным постановлением от 26 июля 2016 года отменено постановление Зеленоградского районного суда Калининградской области, удовлетворено ходатайство об УДО Н., имеющей 2 взыскания в 2014 году, 12 поощрений, положительно характеризующейся, поскольку суд не учел, что согласно психологическим заключениям положительная динамика в поведении осужденной начала формироваться в 2013 году и в настоящее время носит устойчивый характер, нарушения не являются злостными, поощрение было, в том числе, в виде выезда за пределы участка колонии-поселения.
Выводы суды основывали на всестороннем учете данных о поведении лиц за весь период отбывания наказания, а не только за время, непосредственно предшествующее рассмотрению ходатайства, в том числе при отбывании наказания в нескольких колониях, а также в период нахождения в СИЗО до вступления приговора в законную силу, однако, главное значение обоснованно придавали обстоятельствам, характеризующим поведение осужденного после постановления приговора.
Суд апелляционной инстанции 22 декабря 2016 года, отменяя постановление Черняховского городского суда Калининградской области от 15 ноября 2016 года, указал, что решение суда фактически немотивированно, поскольку Т. характеризуется положительно, имел одно взыскание в период нахождения в СИЗО-1.
Оценку получали также снятые и погашенные взыскания.
Отказывая 1 августа 2016 года в удовлетворении ходатайства осужденному К. Гвардейский районный суд Калининградской области указал, что наличие 22 взысканий, хоть и погашенных, неоднократное нахождение осужденного в ШИЗО, в том числе за отсутствие на проверке и нарушение изоляции локального участка, несмотря на 17 поощрений, свидетельствует о нестабильности поведения осужденного, об отсутствии устойчивого правопослушного поведения и оснований полагать, что его исправление достигнуто и ему может быть предоставлено УДО.
При этом, сами по себе нарушения, даже при их множестве, судами, как правило, не расценивались в качестве единственного основания для отказа в удовлетворении ходатайства. Сведения об этих обстоятельствах суды учитывали в совокупности с другими характеризующими осужденного данными.
Судами также, как обстоятельства, характеризующие поведение осужденного, учитывались нарушения им установленного порядка отбывания наказания, за которые он не был подвергнут взысканиям, но с ним были проведены профилактические беседы.
Законность и обоснованность применения взысканий не проверялась даже при соответствующих доводах осужденных, поскольку такая проверка осуществляется по правилам гл. 25 ГПК РФ, что нашло отражение в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 года № 2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих». Не оценивали суды также и объективность вынесения поощрений в адрес осужденного.
Суды выясняли вопросы, связанные с наличием у осужденных исковых обязательств, руководствуясь положениями п. 7 постановления Пленума ВС РФ № 8 от 21 апреля 2009 года о том, что возмещение вреда (полностью или частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, является одним из условий для условно-досрочного освобождения или замены неотбытой части наказания более мягким его видом. Если в судебном заседании установлено, что осужденным принимались меры к возмещению причиненного преступлением вреда (материального ущерба и морального вреда), однако в силу объективных причин вред возмещен лишь в незначительном размере, то суд не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или в замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания только на этом основании. По преступлениям, совершенным до 10 января 2014 года, суды, учитывали указанные обстоятельства, как данные, характеризующие поведение осужденного.
Отказывая 9 февраля 2016 года в удовлетворении ходатайства осужденному П., Гвардейский районный суд указал, в том числе, что он, будучи трудоустроенным, исковые обязательства в отношении второй потерпевшей не выполняет, при этом, объективных, независящих от воли осужденного причин для этого не имеется.
Основывая свои выводы на наличии взыскания, снятого поощрением уже после обращения в суд с ходатайством П., как установил 26 декабря 2016 года суд апелляционной инстанции, Гвардейский районный суд Калининградской области не учел, что, наряду с 2-мя не злостными взысканиями, осужденный, характеризующийся положительно, имеет 1 поощрение, вред и моральный ущерб возместил в полном объеме, что повлекло отмену постановления суда первой инстанции и удовлетворение ходатайства об УДО.
Вместе с тем, имели место случаи, когда суды не выясняли, были ли уважительными причины, по которым осужденные, погашающие исковые обязательства, не возместили вред в полном объеме или в значительном размере, а также имеется ли вступившее в законную силу решение суда о наличии у осужденного исковых обязательств о возмещении вреда, причиненного преступлением.
Суды также обращали внимание на возможность трудоустройства и наличие места проживания осужденного после освобождения. Однако наличие сведений об этих обстоятельствах не влекли безусловного удовлетворения ходатайства об УДО.
Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть, в том числе, мотивированными.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ возможность либо невозможность применения условно-досрочного освобождения определяется, в том числе, обстоятельствами, характеризующими поведение осужденного за все время отбывания наказания (определения от 24 ноября 2016 № 2426-О, 28 мая 2009 года № 640-О-О и от 22 марта 2011 года № 335-О-О) — это, однако, не означает, что само по себе наличие снятых или погашенных дисциплинарных взысканий может служить основанием для отказа осужденному в условно-досрочном освобождении (определения от 18 октября 2012 года № 2002-О, от 24 сентября 2013 года № 1500-О, от 22 апреля 2014 года № 840-О и от 23 апреля 2015 года № 1002-О).
Отменяя постановление Багратионовского районного суда Калининградской области от 5 апреля 2016 года, суд апелляционной инстанции указал, что Ш. за весь период наказания имел одно не злостное нарушение, полученное до постановления приговора — 29 марта 2010 года, взыскание в виде выговора за которое погашено, имеет 5 поощрений, последнее 9 ноября 2015 года, характеризуется положительно, исполнительные обязательства погасил досрочно, потерпевшие не возражают против удовлетворения ходатайства, прокурор, возражая, какой-либо мотивировки не привел, то есть суд, установив совокупность обстоятельств, указывающих на возможное применение УДО, не привел в постановлении убедительных мотивов о том, почему эти обстоятельства фактически расценены как формальные и не могут служить основанием для УДО.
При рассмотрении ходатайств об УДО суды учитывали мнения представителя исправительного учреждения, прокурора, потерпевших, которые не предопределяли вынесение судом соответствующего решения, что полностью согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 20 февраля 2007 года № 110-О-П «По жалобе гражданина Савенкова В.Н. на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 79 Уголовного кодекса Российской Федерации».
Требования ст. 399 УПК РФ судами соблюдались.
При выявлении случаев рассмотрения вопроса о применении ст. 79 УК РФ в отсутствие адвоката при отсутствии письменного отказа от него осужденного, суд апелляционной инстанции отменял такие постановления, констатируя нарушение права осужденного за защиту.
В целом изучение судебной практики показало, что суды рассматривают данные материалы в строгом соответствии с требованиями уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законов, правильно применяют действующее законодательство, руководствуясь при этом также правовой позицией, изложенной в решениях Конституционного Суда РФ, а также в соответствии с разъяснениями, содержащимися в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ.
Судебная коллегия по уголовным делам
Калининградского областного суда.